22 октября 2026 г. — так, как его опишут учебники истории 22 октября 2036 г.

На короткий миг в октябре 2026 года показалось, что в войне в Украине что-то сдвинулось. В первой половине месяца США ослабили санкции против российского дизельного топлива до апреля 2027 года, а затем отказались применять основные меры нового закона о санкциях против России, в том числе пошлины до 100 процентов для крупных покупателей российской нефти и газа.^1,2,3,4 Президент Трамп также сказал: «Думаю, Украине пора получить нового президента».^5,6

Историки считают те недели моментом, когда давление сменило направление. Уступать пришлось не агрессору, а стране, подвергшейся нападению. «Энергетическое перемирие», объявленное Трампом 11 октября, не остановило российских атак на украинские энергетические объекты.^7,8

новоеПосле переговоров спецпосланника США Стива Уиткоффа с Владимиром Путиным 21 октября Кремль заявил, что Россия готова возобновить трёхсторонние переговоры с США и Украиной после 10 ноября. Президент Зеленский заявил, что Украина это поддерживает.^9,10,11,12 новоеУже через несколько часов российские ракеты и беспилотники нанесли удар по Киеву; по словам мэра города, пострадали 15 человек.^10,12

Из тех недель Москва извлекла урок, определивший всё оставшееся десятилетие: продолжай воевать — и уступки последуют.

10 октября 2025 года в секторе Газа вступило в силу прекращение огня.^1,3 Тем не менее, по данным министерства здравоохранения Газы, находящейся под управлением ХАМАС, к 20 октября 2026 года с момента его вступления в силу были убиты более 1500 палестинцев.^4,5,6 По данным того же министерства, в начале октября 2026 года число погибших с момента нападения ХАМАС 7 октября 2023 года превышало 74 000.^2,3

Прекращение огня так и не стало чем-то большим, чем прекращение огня на бумаге. Восстановление так и не развернулось, потому что никто не хотел платить за то, что на следующий день могли снова разрушить. Целое поколение детей выросло среди руин — без школьного образования и без перспектив. В отсутствие политического решения по обе стороны росла радикализация.

9 октября 2026 года южноафриканский юрист Нави Пиллэй, бывший судья Международного уголовного суда, была удостоена Нобелевской премии мира. Через несколько часов администрация Трампа ввела санкции против самого суда. Госсекретарь Марко Рубио заявил: «Либо МУС прекратит свои угрозы, либо мы покончим с МУС».^1,2,4 Суд назвал санкции посягательством на верховенство права и на самые основы международного правопорядка и написал: «История даст оценку этому моменту».^1,3

В учебниках истории 2036 года приговор суров. Поначалу на многие операции с судом распространялся шестимесячный льготный период.^1,2,5 Когда в апреле 2027 года он истёк, банки, страховые компании и поставщики программного обеспечения ушли. Суд оказался в значительной мере парализован, а несколько государств-участников вышли из него. Трамп призывал к этому ещё на Генеральной Ассамблее ООН 22 сентября 2026 года: «Я призываю все страны — члены МУС немедленно официально выйти из этого института-изгоя».^6,7 На следующий день тихоокеанское островное государство Науру уведомило ООН о выходе из суда; выход вступает в силу через год.^8,9

Так исчезло последнее место, где лидеров можно было привлечь к ответственности за военные преступления. Что это означало, видно на примере Судана (§ 4.1).

После ударов США и Израиля по Ирану 28 февраля 2026 года Иран закрыл Ормузский пролив; с 13 апреля США блокировали иранские порты.^1,2,3,4 8 июля, после иранских атак на торговые суда и ответных ударов США, Трамп объявил временное перемирие оконченным.^5,6 20 октября, по данным иранского государственного телевидения, главный чиновник Ирана по вопросам безопасности сказал командующему армией Пакистана, что обогащённый уран не покинет страну и что переговоров с США не будет, пока не выполнены условия Ирана.^7,8 новоеНа следующий день США ввели санкции против юридической фирмы, судового менеджера и судоходных агентов, которые, по их словам, помогали иранскому «теневому флоту» нефтяных танкеров. К тому времени цена нефти марки Brent поднялась почти до 112 долларов за баррель — максимума за пять месяцев.^9,10,11,12

Цены на топливо стали даже фактором в войне в Украине (§ 1.1). Таким образом, топливный кризис 2026 года ударил одновременно по войне, экономике, голоду и климату. Правительства субсидировали ископаемое топливо, чтобы не допустить беспорядков, а инвестиции в энергетический переход откладывались год за годом (§ 5.1).

13 октября 2026 года МВФ спрогнозировал рост мировой экономики на 3,1 процента в 2026 году и мировую инфляцию на уровне 4,7 процента. Этот прогноз исходил из того, что поставки нефти и газа через Ормузский пролив возобновятся к марту 2027 года.^1,2 Этого не произошло, и инфляция оставалась высокой.

МВФ также установил, что на долю всего 32 экономик приходилось 95 процентов мирового роста, тогда как в апреле их было 54. Фонд предупредил о коррекции на фондовом рынке, связанной с ИИ, о росте доходности государственных облигаций и о высоком государственном долге.^1,2 По данным МВФ, страны с низким уровнем дохода тратили на обслуживание долга 14 процентов своих государственных доходов, тогда как десятилетием ранее — 6 процентов.^3,4 Предупреждения сбылись. Коррекция на рынке ударила по пенсионным фондам и вкладчикам, а правительства с большими долгами были не в состоянии вмешаться. Разрыв между немногими странами, которым досталась часть выигрыша, и всеми остальными стал экономическим сюжетом десятилетия.

26 октября 2025 года, после примерно восемнадцатимесячной осады, военизированная группировка RSF захватила суданский город Эль-Фашер.^1,2,3 В начале ноября 2025 года IPC, международная система классификации голода, официально подтвердила голод в Эль-Фашере и Кадугли.^4,5 12 октября 2026 года IPC предупредила о растущем риске голода в Дарфуре и Кордофане из-за войны, перемещения населения и засухи.^6,7 19 октября в результате удара дрона по рынку в Абьее, районе, на который претендуют и Судан, и Южный Судан, погибли не менее 153 человек, по данным местных властей. Они обвинили суданскую армию; суданский офицер сказал AP, что армия наносила удары по топливным автоцистернам RSF.^8,9 новое21 октября 22 страны и несколько международных организаций собрались в Женеве под эгидой ООН и Швейцарии, чтобы скоординировать мирные усилия. Ни возглавляемое армией правительство Судана, ни RSF участия не принимали. Участники встречи пришли к выводу, что военного решения нет, и призвали внешние силы прекратить поставки дронов, боевиков и денег, но договориться о прекращении огня не удалось.^10,11

Затем голод распространился по Кордофану, а страна фактически распалась на территории, контролируемые соперничающими армиями. Поскольку в то же самое время душили Международный уголовный суд (§ 2.1), никто не предстал перед судом за то, что морил голодом целые города. В учебниках истории 2036 года Судан назван кризисом, за которым мир наблюдал и которому позволил произойти.

Всемирная продовольственная программа ООН прогнозировала, что в 2026 году 318 миллионов человек столкнутся с голодом кризисного уровня или хуже — более чем вдвое больше, чем в 2019 году. Из-за сокращения финансирования, по её словам, она сможет помочь лишь примерно трети из них. США, крупнейший донор, сократили иностранную помощь, и другие страны-доноры тоже пошли на сокращения.^1,2,3

Что это означало, стало ясно в Газе (§ 1.2). 19 октября 2026 года Всемирная продовольственная программа объявила, что из-за нехватки средств сокращает там продовольственную помощь примерно на треть: 500 000 человек лишатся ежемесячной поддержки, а продуктовые наборы уменьшатся вдвое.^7,8,9

В последующие годы богатые страны направляли ещё больше денег на оборону и энергетику (§ 1.1, § 3.1). Те, кто не получал помощи, отправлялись в путь. В ночь с 8 на 9 октября 2026 года у побережья Джибути перевернулась переполненная лодка с мигрантами, направлявшаяся в Йемен. По данным агентства ООН по миграции МОМ, погибли не менее 139 человек, из них 15 детей.^4,5,6 Как стало ясно впоследствии, это был не единичный случай, а предвестие. Дебаты о миграции ужесточились, и политического пространства для борьбы с причинами осталось ещё меньше.

В мае 2026 года Всемирная организация здравоохранения (ВОЗ) объявила вспышку Эболы на востоке Конго чрезвычайной ситуацией в области общественного здравоохранения, имеющей международное значение.^1,2 Вспышку вызвал штамм вируса Бундибугио, против которого нет одобренной вакцины или лечения.^1,3 К 20 октября в Конго, по правительственным данным, было зарегистрировано более 9 500 подтверждённых случаев заражения и более 4 600 смертей.^4,5 Это была вторая по масштабу вспышка Эболы за всю историю наблюдений.^4,6 Случаи также были подтверждены в Уганде и Кении.^4,7,8 В конце августа Уганда объявила свою вспышку завершённой.^4,13 20 октября Нигерия подтвердила первый случай; по данным ВОЗ, она стала пятой страной, где вирус был выявлен в ходе этой вспышки.^12,13

Уганда закрыла границу с Конго в мае.^8,11 США впускали путешественников, побывавших в Конго, только после 21 дня пребывания за пределами этой страны.^4,10 ВОЗ не рекомендовала закрывать границы и сообщала о серьёзной нехватке средств на борьбу со вспышкой.^1,7,8,9

Историки видят в этой вспышке испытание: закроют ли страны свои границы или помогут оплатить борьбу с ней? Мир в основном выбрал первое. Вирус продолжал циркулировать в Восточной Африке ещё значительную часть 2027 года, а когда пришла следующая эпидемия, вакцин и чрезвычайных фондов снова не оказалось.

Климатический саммит COP31 должен был пройти 9–20 ноября 2026 года в Анталье; принимала его Турция. После предыдущего саммита в Белене (Бразилия) он должен был сосредоточиться на выполнении — превращении климатических целей в действия.^1,2 В начале октября Всемирная метеорологическая организация и климатическая служба Copernicus сообщили о быстро усиливающемся Эль-Ниньо с рекордными температурами моря в Тихом океане.^3,4 новое21 октября ВМО предупредила, что температура моря в тропической части Тихого океана между ноябрём и январём может превысить норму на беспрецедентные 3,8 градуса.^8,9 21 октября Программа ООН по окружающей среде подсчитала, что мир движется к потеплению на 2,6 градуса к 2100 году, если страны будут придерживаться своих климатических планов, и на 2,8 градуса при нынешней политике. Это примерно на 0,1 градуса хуже, чем годом ранее, отчасти потому, что США вышли из Парижского соглашения.^5,6,7

Сильный Эль-Ниньо сделал следующий год особенно жарким. Саммит прошёл в разгар топливного кризиса (§ 3.1), и краткосрочные интересы взяли верх. Страны сохранили свои цели на бумаге, но их выполнение буксовало. Около 2030 года потепление окончательно превысило 1,5 градуса. В 2030-х годах дебаты в прибрежных странах от Бангладеш до Египта сместились с вопроса о том, как это предотвратить, на вопрос о том, сколько будет стоить защита от моря и кто за неё заплатит.